Особенности правового статуса субъектов прав на селекционные достижения

04 Сентября 2021
А.И. Балашова,
юрист ООО «Первое музыкальное издательство»
 
 

Правовая охрана селекционных достижений занимает особое место как в системе гражданского законодательства, так и в науке гражданского права, что обусловлено спецификой данных объектов интеллектуальной собственности и отсутствием единого подхода к определению их статуса на международном уровне.

Так, в настоящее время большинство государств не признают породу животных в качестве охраняемого результата интеллектуальной деятельности, в связи с чем отсутствуют какие-либо упоминания об этом объекте в многосторонних международных договорах, в том числе в Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20 марта 1885 г.1 и Конвенции, учреждающей Всемирную организацию интеллектуальной собственности от 14 июля 1967 г.2, а также отдельные международно-правовые соглашения по данному вопросу.

В отличие от пород животных, сортам растений предоставлена правовая охрана на международном уровне: Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) от 15 апреля 1994 г.3 в ст. 27 (b) обязывает государства-члены обеспечить охрану сортов растений либо патентами либо путем применения эффективной системы sui generis (специального законодательства), либо любым их сочетанием. Кроме того, вопросы правовой охраны сортов растений на международном уровне урегулированы Международной конвенцией по охране новых сортов растений от 2 декабря 1961 г., пересмотренной в Женеве 10 ноября 1972 г., 23 октября 1978 г. и 19 марта 1991 г.4, членом которой с 1998 г. является Российская Федерация. Поскольку данной конвенцией учрежден Международный союз по охране новых сортов растений, аббревиатура – UPOV, упомянутое международное соглашение часто называют Конвенцией UPOV, и далее по тексту настоящей статьи также будет использоваться данное сокращение.

Нормы главы 73 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)5, посвященной правовой охране селекционных достижений, во многом воспроизводят положения Конвенции UPOV, по сути распространяя таким образом их действие для целей национального правоприменения и на породы животных, которые в соответствии сподп. 10 п. 1 ст. 1225 и п. 1 ст. 1412 ГК РФ признаются в Российской Федерации наряду с сортами растений охраняемыми результатами интеллектуальной деятельности.

В научной литературе обращается внимание на автономность главы 73 в структуре ч. 4 ГК РФ [1], а сами селекционные достижения относят к нетрадиционным объектам интеллектуальной собственности, в то же время признавая их «родство» с объектами патентного права [3].

Главной особенностью, влияющей на правовой режим селекционных достижений, является их связь с материальными объектами – живыми организмами растений и животных, существующими в объективной реальности, в отсутствие которых доказать получение соответствующего результата интеллектуальной деятельности невозможно. Таким образом, селекционное достижение не может иметь абстрактный характер и быть представлено в форме некой идеальной модели или схемы скрещивания, по которой будет получен новый сорт растений или порода животных. Для признания данных объектов существующими необходимо реализовать идею на практике и получить ожидаемый результат в виде живых организмов, обладающих заявленной совокупностью признаков, которая и выступит предметом правовой охраны.

Вышеизложенное оказывает влияние на процесс создания сортов или пород, которым может быть предоставлена правовая охрана в качестве селекционных достижений. Данный процесс характеризуется рядом следующих взаимосвязанных особенностей:

-

длительность – время, необходимое для создания, выведения, выявления селекционного достижения, будь то сорт растений или порода животных, неизбежно связано с жизненным циклом живого организма, в том числе циклом его воспроизводства, который невозможно существенно ускорить даже с учетом достижений современной науки. При этом для получения результата, особенно в случае сложных, последовательных схем скрещивания, должно пройти несколько таких циклов, в каждом из которых будут получены жизнеспособные организмы;

-

необходимость наличия материальной базы, в первую очередь оборудования, земельного участка, производственных помещений и сооружений (фермы, теплицы и т.д.), достаточных для размещения и содержания животных и растений, а также для осуществления исследовательской деятельности;

-

коллективность – на коллективный характер работы над получением селекционных достижений уже обращалось внимание в научной литературе: «В современных условиях новые сорта растений или новые породы животных чаще всего получаются в процессе коллективного труда селекционеров (а не в результате работы одиночек-энтузиастов вроде В.И. Мичурина)» [2]. С данным утверждением сложно не согласиться, поскольку селекционная деятельность требует ежедневной разнообразной работы с поголовьем животных или группой растений, начиная от непосредственных мероприятий по скрещиванию и заканчивая постоянным наблюдением за развитием живых организмов с отслеживанием и фиксацией значимых показателей, обработкой и систематизацией полученных данных. О коллективном характере работы над созданием селекционных достижений свидетельствуют и данные Государственного реестра охраняемых селекционных достижений, согласно которым авторами большинства таких объектов являются несколько лиц6;

-

преемственность – длительный и коллективный характер селекционной деятельности приводит к тому, что в некоторых случаях работа над выведением сорта растения или породы животных может быть начата одними специалистами, а желаемый результат достигнут иными с использованием ранее высказанных идей и полученных данных.

Раскрытые выше особенности процесса создания охраноспособных сортов растений или пород животных оказывают непосредственное влияние на режим правовой охраны таких объектов, а также на способы (или механизмы) защиты возникающих на них прав. Кроме того, упомянутые особенности процесса особенно ярко проявляются в спорных ситуациях, подлежащих разрешению в судебном порядке.

Так, в рамках рассмотренного Судом по интеллектуальным правам дела № СИП-995/20207 было установлено, что в создании спорного селекционного достижения (кросс Кролики Oryctolagus cuniculus L РОДНИК) его авторами были учтены, применены и реализованы научные знания, являющиеся результатом длительной преемственной работы нескольких поколений ученых, осуществлявшейся в научно-исследовательском институте. При этом первые идеи о положительном эффекте от скрещивания кроликов пород «шиншилла» и «белый великан» и последующего скрещивания помесных особей с чистопородными, которые отчасти воплощены в схеме скрещивания для получения спорного кросса, были озвучены в научных статьях трудившихся в институте ученых еще в 1959-1960 гг., а спорное селекционное достижение было создано и получило правовую охрану в 2018 г.

Законодательство об охране селекционных достижений характеризуется и спецификой статуса субъектов прав на селекционные достижения и иных субъектов, принимающих участие в работе с данными результатами интеллектуальной деятельности.

В силу ст. 1410 ГК РФ автором селекционного достижения признается селекционер–гражданин, творческим трудом которого создано, выведено или выявлено селекционное достижение.

Следовательно, российский законодатель отождествляет понятия «автор селекционного достижения» и «селекционер», признавая данными субъектами только физических лиц.

В научной литературе высказывается мнение о гипертрофированном характере главенствующей роли автора в сфере селекционной деятельности в российском законодательстве [1].

Так, В.И. Еременко отмечает, что буквальное толкование положения п. 1 ст. 1408 ГК РФ, согласно которому автору селекционного достижения принадлежит исключительное право и право авторства, приведет к тому, что «автор, не являющийся патентообладателем, может всегда претендовать на исключительное право наряду с действительным патентообладателем, а это противоречит принципам правовой охраны селекционных достижений» [1], в связи с чем предлагает толковать данную норму таким образом, что автор получает исключительное право только после выдачи ему патента.

По смыслу Конвенции UPOV селекционером признается как лицо, которое вывело или выявило сорт, то есть автор селекционного достижения, так и лицо, которое является работодателем для вышеуказанного лица, или которое поручило работу, в тех случаях, когда это предусмотрено национальным законодательством, а также правопреемники указанных лиц в зависимости от конкретного случая.

В российском законодательстве ст. 1430 ГК РФ определен правовой режим служебных селекционных достижений, однако специальным статусом работодатель не наделен и селекционером не признается.

Указанное представляется не вполне обоснованным, поскольку если обратиться к данным Государственного реестра охраняемых селекционных достижений и Государственного реестра селекционных достижений, допущенных к использованию8, станет очевидно, что в подавляющем большинстве случаев патентообладателями данных результатов интеллектуальной деятельности являются специализированные организации – научно-исследовательские либо промышленные предприятия сельскохозяйственного комплекса.

В то же время законодательство Российской Федерации, регулирующее отношения в области селекции, знает примеры лиц со специальным статусом, которыми признаются как физические, так и юридические лица.

Так, в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 17 декабря 1997 г № 149-ФЗ (ред. от 11 июня 2021 г.) «О семеноводстве»9 оригинатором сорта сельскохозяйственного растения является физическое или юридическое лицо, которое создало, вывело, выявило сорт сельскохозяйственного растения и (или) обеспечивает его сохранение и данные о котором внесены в Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию.

В статье 2 Федерального закона от 03 августа 1995 г. № 123-ФЗ (ред. от 11 июня 2021 г.) «О племенном животноводстве»10 определено понятие организации по племенному животноводству – это юридическое лицо, осуществляющее разведение племенных животных, производство и использование племенной продукции (материала) в селекционных целях, а также оказание услуг в области племенного животноводства.

С учетом изложенного, по мнению автора настоящей статьи, представляется обоснованным уточнение правового статуса организаций, занимающихся селекционной деятельностью, с учетом положений Конвенции UPOV.

Наиболее предпочтительным вариантом такого уточнения видится разграничение понятий «селекционер» и «автор селекционного достижения» и включение в круг субъектов, которые признаются селекционерами, юридических лиц.

Данный вопрос приобретает практическое значение в контексте оспаривания авторства на служебные селекционные достижения.

В соответствии со ст. 21 Конвенции UPOV право селекционера может быть признано недействительным в том случае, если оно было предоставлено лицу, не имеющему на это право, если только это право селекционера не передается лицу, имеющему на это право.

Статья 1441 ГК РФ, воспроизводя аналогичные предусмотренным ст. 21 Конвенции UPOV основания для признания патента на селекционное достижение недействительным, содержит следующее основание - лицо, указанное в патенте в качестве патентообладателя, не имело законных оснований для получения патента (подп. 3 п. 1 ст. 1441 ГК РФ).

Между тем, как уже было отмечено выше, Конвенция UPOV, в отличие от ГК РФ, рассматривает в качестве селекционера как автора селекционного достижения, так и его работодателя или заказчика, следовательно, ст. 21 Конвенции UPOV охватывает как случаи оспаривания авторства на селекционные достижения, так и оспаривания права на получение патента.

В свою очередь ГК РФ, признавая в ст. 1430 право на получение патента на служебное селекционное достижение за работодателем, не содержит в ст. 1441 такого основания для признания патента недействительным, как указание автором селекционного достижения лица, в действительности таковым не являющегося, либо неуказания автором являющегося таковым лица.

Пунктом 2 ст. 1441 ГК РФ предусмотрен административный порядок оспаривания патентов на селекционные достижения по всем основаниям, предусмотренным данной статьей, путем подачи заявления в федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям, которым является Федеральное государственное бюджетное учреждение «Государственная комиссия Российской Федерации по испытанию и охране селекционных достижений».

По мнению В.И. Еременко, «вызывает большое сомнение отнесение к компетенции указанного федерального органа споров о неправильном указании в патенте патентообладателя» [1].

Стоит отметить, что применительно к объектам патентного права данный вопрос разрешен иным образом: на основании подп. 5 п. 1 ст. 1398 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец может быть признан недействительным полностью или частично в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора или патентообладателя лица, не являющегося таковым либо без указания в патенте в качестве автора или патентообладателя лица, являющегося таковым. Абзацем 2 п. 2 ст. 1398 ГК РФ предусмотрен судебный порядок оспаривания патента по приведенному основанию.

В пункте 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»11 разъяснено, что споры об авторстве на изобретение, полезную модель, промышленный образец (подп. 1 п. 1 ст. 1406 ГК РФ), на которые уже выдан патент, подлежат рассмотрению в судебном порядке путем оспаривания выданного патента на основании подп. 5 п. 1 ст. 1398 ГК РФ в связи с указанием в нем в качестве автора лица, не являющегося таковым в соответствии с ГК РФ, либо в связи с отсутствием в патенте указания на лицо, являющееся автором в соответствии с ГК РФ. В таком споре подлежит установлению, кто является автором изобретения, полезной модели или промышленного образца (ст. 1357 ГК РФ).

В связи с изложенным возникает вопрос о возможности оспорить патент на селекционное достижение по основаниям несогласия с указанием в нем авторами определенных лиц либо неуказанием претендующего на авторство лица и о подведомственности такого спора.

Представляется, что в таком случае возможно на основании ст. 6 ГК РФ12 применение по аналогии положений ст. 1398 ГК РФ.

Именно такая ситуация имела место при рассмотрении дела № СИП-995/2020.

В рамках указанного дела истцом не ставился вопрос о правомерности предоставления правовой охраны спорному селекционному достижению - кроссу Кролики Oryctolagus cuniculus L РОДНИК, равно как и не оспаривалась правомерность выдачи патента бывшему работодателю истца - Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Научно-исследовательский институт пушного звероводства и кролиководства имени В.А. Афанасьева».

Истец также не оспаривал авторство на спорное селекционное достижение троих из четырех указанных в патенте в качестве авторов лиц.

Предметом исковых требований выступало признание авторства истца на спорное селекционное достижение, исключение из числа авторов данного селекционного достижения одного из указанных в патенте в качестве авторов лиц и признание патента недействительным.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что состоял в трудовых отношениях с патентообладателем в период, предшествующий регистрации спорного селекционного достижения, и принимал непосредственное участие в его создании, в то время как лицо, чье авторство оспаривалось, вступило в трудовые отношения с институтом на завершающей стадии работы над селекционным достижением, и, по мнению истца, не могло внести значительный вклад в создание спорного кросса.

Дело было рассмотрено Судом по интеллектуальным правам с применением разъяснений, приведенных в п. 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» с учетом положений главы 73 ГК РФ и Конвенции UPOV.

По результатам рассмотрения дела Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу, что несмотря на факт наличия трудовых отношений с институтом истец не доказал факт собственного творческого вклада в создание спорного селекционного достижения и не представил доказательств, свидетельствующих об отсутствии творческого вклада лица, авторство которого оспаривалось. Суд также принял во внимание, что те лица, чье авторство на спорное селекционное достижение не оспаривалось, категорически отрицали участие истца в его создании и подтвердили наличие существенного творческого вклада того лица, чье авторство истец оспаривал. С учетом данных обстоятельств Суд по интеллектуальным правам отказал в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, в судебной практике вопрос об оспаривании авторства на селекционные достижения разрешен с применением аналогии закона, однако это не устраняет необходимости восполнения очевидного пробела, допущенного законодателем в ст. 1441 ГК РФ.

Также стоит обратить внимание на то, что авторство на селекционные достижения может удостоверяться не только патентом, но и авторским свидетельством, возможность выдачи которого предусмотрена ст. 1416 ГК РФ.

В литературе отмечается, что «по своей правовой природе авторское свидетельство не является охранным документом и не приравнивается к патенту на селекционное достижение» [3]. Вместе с тем для авторов, не являющихся патентообладателями, данный документ имеет исключительно важное значение как удостоверяющий их авторство на соответствующий результат интеллектуальной деятельности.

Действующий ГК РФ не содержит положений о возможности оспаривания выдачи авторского свидетельства определенному лицу. Вместе с тем представляется, что в силу принципов диспозитивности гражданского законодательства и гарантированности права на судебную защиту такая возможность не исключена.

Далее возникает вопрос о том, могут ли такие требования быть предъявлены к обладателю авторского свидетельства без одновременного предъявления требований к патентообладателю с учетом того, что действующим законодательством не определена правовая взаимосвязь авторского свидетельства и патента и отсутствует указание на следование авторского свидетельства правовой судьбе патента и наоборот.

В случае утвердительного ответа на данный вопрос необходимо определить: если требования будут удовлетворены, какие правовые последствия будет иметь судебный акт по такому делу для правовой охраны спорного селекционного достижения и правовой судьбы выданного на него патента?

Действующее законодательство не дает ответа на данные вопросы, и соответствующие прецеденты в судебной практике также отсутствуют, вместе с тем не исключено, что они появятся и потребуют разрешения в будущем.

На данный момент достаточное количество вопросов, связанных с правовой охраной селекционных достижений, не находит должного регулирования в нормах действующего законодательства, что вызывает коллизии как в ходе осуществления соответствующих правоотношений, так и в процессе правореализационной практики. С учетом этого очевидно, что дальнейшее научное осмысление изложенных в статье вопросов имеет не только научную, но и практическую значимость.

 

 


1 Конвенция по охране промышленной собственности (Заключена в Париже 20 марта 1883 г.) (ред. от 02 октября 1979 г.) // «Закон», № 7, 1999.

2 Конвенция, учреждающая Всемирную Организацию Интеллектуальной Собственности (Подписана в Стокгольме 14 июля 1967 г., изменена 02 октября 1979 г.) // Официальный сайт ВОИС: URL: http://www.wipo.int/treaties/en/agreement/index.html

3 Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС/TRIPS) [рус., англ.] (Заключено в г. Марракеше 15 апреля 1994 г.) (с изм. от 06 декабря 2005 г.) // Собрание законодательства РФ. 10 сентября 2012 г. N 37 (приложение, ч. VI). С. 2818 - 2849 (на русском языке); Собрание законодательства РФ. 10 сентября 2012 г. N 37 (приложение, ч. V). С. 2336 - 2369; International Investment Instruments: A Compendium. Volume I.- New York and Geneva: United Nations, 1996. P. 337 - 371 (на английском языке).

4 Международная конвенция по охране новых сортов растений от 2 декабря 1961 г., пересмотренная в Женеве 10 ноября 1972 г., 23 октября 1978 г. и 19 марта 1991 г. // Официальный сайт ВОИС: URL: .

5 Гражданский кодекс Российской Федерации (ч. 4) от 18 декабря 2006 г. № 230-ФЗ (ред. от 11 июня 2021 г.) // Собрание законодательства РФ, 25 декабря 2006 г., № 52 (1 ч.). Ст. 5496.

6 Государственный реестр охраняемых селекционных достижений. Режим доступа: https://gossortrf.ru/gosreestr/

7 Решение Суда по интеллектуальным правам от 15 апреля 2021 г. по делу № СИП-995/2020 // Режим доступа: https://kad.arbitr.ru/Card/756b32a7-9675-4c50-8034-fa3d7413039d

8 Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию. Режим доступа: https://gossortrf.ru/gosreestr/.

9 Федеральный закон от 17 декабря 1997 г. № 149-ФЗ (ред. от 11 июня 2021 г.) «О семеноводстве» // Российская газета, № 246, 24 декабря 1997 г..

10 Федеральный закон от 03 августа 1995 г. № 123-ФЗ (ред. от 11 июня 2021 г.) «О племенном животноводстве» // Российская газета, № 154, 10 августа 1995 г.

11 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ, № 7, июль, 2019.

12 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 28 июня 2021 г., с изм. от 08 июля 2021 г.) // Собрание законодательства РФ, 05 декабря 1994 г., N 32. Ст. 3301.

 

Список литературы

1. Еременко В.И. Правовая охрана селекционных достижений в Российской Федерации // Законодательство и экономика. 2015. N 1. С. 34 - 67; N 2. С. 7 – 27.

2. Интеллектуальная собственность в современном мире: монография / Под ред. И.А. Близнеца. Москва: Проспект, 2020. 672 с.

3. Право интеллектуальной собственности: Учебник / О.Л. Алексеева, А.С. Ворожевич, Е.С. Гринь и др.; под общ. ред. Л.А. Новоселовой. М.: Статут, 2019. Т. 4: Патентное право. 659 с.